Моя страна

Взять крепость. История россиянина, который уехал в Англию, но вернулся и создал уникальный музей

Фото: fortdonhoff.ru

Не так давно на карте Калининграда появился новый туристический объект. И не какая-то сувенирная палатка или кафе, а целый форт. О том, как полузатопленный склад армейского хлама превратили в культурный, музейный и туристический центр, известный во всей Калининградской области, «Ленте.ру» рассказал генеральный директор центра «Форта Дёнхофф», архитектор Артур Сарниц.

Форт Денхофф был построен в 1877-1881 годах как один из 15 фортов, составлявших так называемую «Ночную перину Кенигсберга» — кольцевую линию укреплений, предназначенную для защиты столицы Восточной Пруссии. Германия, объединенная Бисмарком, набирала силу. В ходе коротких и успешных военных кампаний ей уже удалось разобраться с Австрией (1866) и Францией (1870-1871), но Российская империя представляла серьезную угрозу, в особенности после заключения тайного австро-германского союза (1879). Теперь Германия имела обязательства перед союзником, а военный конфликт России и Австрии из-за Балкан был весьма вероятен. Кенигсберг нужно было укреплять.

И вот для того, чтобы столица Восточной Пруссии могла спать спокойно, на подступах к городу была возведена линия обороны длиной в 43 километра, включавшая двенадцать основных фортов и три вспомогательных (литерных). Форты представляли собой крупные и хорошо укрепленные долговременные оборонительные сооружения из кирпича и бетона, защищенные рвом с водой и земляными валами. Вооружение составляли 30-40 орудий среднего калибра. Гарнизон — около 300 человек.

Калининград. Форт № 11 Дёнхофф

Расстояние между фортами протяженностью три-четыре километра позволяло перекрестно простреливать всю территорию возможного наступления противника. Там же, где из-за рельефа местности это было невозможно, устраивались литерные форты и временные орудийные позиции. За стенами фортов располагались казармы, склады боеприпасов, пункт медицинской помощи, кухня и другие технические сооружения. На момент закладки кенигсбергские форты могли считаться эталоном фортификационных сооружений.

Они состарились, едва родившись

Однако в последние десятилетия XIX века военное дело развивалось столь стремительно, что уже через несколько лет после начала строительства самые мощные оборонительные сооружения теряли свое предназначение. Увеличение калибра артиллерии, ее дальнобойности и изобретение новых взрывчатых веществ превратило мощные крепости в удобные для стрельбы мишени. Примерно то же произошло чуть позже с броненосцами, стоившими больших денег, но устаревавшими еще до спуска на воду.

Проведенные в 1883 году в Германии опытные стрельбы показали, что 210-миллиметровый снаряд, содержащий 19 килограммов пироксилина (ранее для начинки снарядов использовался порох), пробивает кирпичное перекрытие толщиной в метр, прикрытое сверху слоем бетона 0,75 метра и слоем земли в полтора метра.

Чтобы соответствовать новым реалиям войны, едва построенные форты уже нуждались в реконструкции. Было решено залить еще больше бетона, насыпать еще больше земли и песка, толщину стен казематов довести до трех метров и установить броневые колпаки. Часть орудий была снята, другие заменены на более крупные калибры. Эти работы проводились в 1885-1891 годах. Однако зарывание позиций в землю значительно снижало эффективность артиллерии, а изучение опыта осады японцами русской крепости Порт-Артур показало, что форты как артиллерийские позиции себя изжили. Теперь в случае серьезного военного конфликта они могли использоваться лишь как пехотное укрепление или склад боеприпасов и другого снаряжения.

Две большие войны

В Первой мировой войне кенигсбергские форты участия не принимали, оставшись в тылу. В августе 1914 года две русские армии (Ренненкампфа и Самсонова) предприняли наступление в Восточной Пруссии, которое поначалу развивалось успешно. По плану, разработанному еще в 1911 году, Кенигсберг должен был быть блокирован и осажден. Русские войска подошли на 50 километров к столице Восточной Пруссии. Согласно некоторым легендам, конные казачьи разъезды даже подбирались к стенам кенигсбергских фортов на расстояние ружейного выстрела. Но затем русские армии потерпели тяжелое поражение, потеряв убитыми и пленными более 80 тысяч человек, командующий 2-й армией генерал Самсонов застрелился, не желая попасть в плен, а вскоре все русские части были окончательно из Восточной Пруссии выбиты.

В апреле 1945 года кенигсбергские форты должны были стать частью немецких оборонительных укреплений на пути стремительно наступающих советских войск. Для их разрушения были сосредоточены десятки орудий калибром от 203 до 305 миллиметров.

Артиллерия работала в течение трех суток по пять-шесть часов в день. На каждый форт расходовалось от 360 до 440 снарядов. В результате получалось от 90 до 200 попаданий с 12-15 сквозными пробоинами в стенах

из фронтовой сводки

Но, несмотря на большое количество прямых попаданий, форты полностью разрушены не были, часть из них оказала наступавшим советским частям ожесточенное сопротивление. Бои продолжались в течение трех дней.

Форт №11 Денхофф, о котором мы рассказываем, оказался в стороне от основного удара наступавших войск и сдался без боя, а поэтому остался цел. Как рассказывали впоследствии его защитники, вооружен он был слабо, фактически представлял собой склад медикаментов. Видя, что происходит на соседних фортах, гарнизон Денхоффа был напуган, все хотели жить и были готовы сдаться, поэтому при подходе советских войск вывесили белый флаг.

Армейский склад регионального значения

В боях Второй мировой Денхофф практически не пострадал. Удачно для него сложилась и послевоенная история. Форт заняли советские военные, устроив в нем склад трофейного оружия, а позже боеприпасов. Соответственно, территория форта и все его сооружения находились под усиленной охраной, а потому не подверглись разрушению в 1950-1980 годы и разграблению в лихие 1990-е. Все это время форт №11 использовался для хранения разнообразного армейского хлама из категории «бросить жалко».

В марте 2007 года в соответствии с постановлением правительства Калининградской области за номером 132 форт №11 Денхофф получил статус объекта культурного наследия регионального значения. В 2014 году военные ушли, и дальнейшая судьба форта стала неочевидной. И вот тут Денхоффу снова повезло: на его историческом пути появился Артур Сарниц.

Артур Сарниц

Артур Сарниц

Артур Сарниц родился в Калининграде в 1966 году, здесь же окончил школу, отсюда пошел в армию. В конце 1980-х уехал в Англию, получил европейское образование в области архитектуры и дизайна. В 1990-х вернулся в Россию, основал в Калининграде бюро архитектуры, дизайна и проектирования интерьеров.

Россия для меня — родина, без всяких сомнений. Мне нравится быть россиянином, я думаю по-русски и горжусь тем хорошим, что делается под флагом нашей великой страны, и всегда подтверждал это своим опытом и делами

Артур Сарниц

В 2000-е годы Артур Сарниц стал автором целого ряда успешных проектов по восстановлению и реновации исторических объектов в Калининградской области, а также архитектурных и дизайнерских проектов в России и за рубежом, за что получил несколько престижных российских и зарубежных наград — в частности, золотую медаль Польской Гуманитарной академии им. А.Гейштора за сохранение европейского архитектурного наследия (2016 год).

Битва за Королевский замок

В это время в Калининграде активно обсуждался вопрос прусского наследия: нужно ли восстанавливать исторический облик территории, как это было сделано в отошедшей к Польше после Второй мировой войны Западной Пруссии, или эту часть истории Калининградской области следует стереть совсем?

В ожесточенной дискуссии, нередко проходившей на грани фола, Артур Сарниц занял однозначную позицию, став одним из главных инициаторов и пассионариев проекта восстановления Королевского замка и исторической реконструкции центра Кенигсберга.

«На алтарь этой идеи было положено много сил и переживаний. Это был глобальный проект, нашлись внешние и внутренние инвесторы, проводились конкурсы, международные архитектурные форумы, были проведены раскопки, часть проекта замка доведена до рабочей документации. Если бы эта инерция продолжилась, мы сейчас жили бы в совершенно иной парадигме города», — объясняет свою позицию Артур Сарниц.

Противники проекта настаивали на том, что Королевский замок — это геополитический символ господства Германии, современной России он не нужен, а его восстановление — это шаг в направлении германизации Калининградской области.

«О чем речь, какая "германизация"? Это наша Родина, мы тут родились. Да, на этой земле страшнейшее тавро фашизма, но это только часть его истории. Кенигсберг всегда был прислонен к границам России, отсюда вышли многие ученые и академики, которые составили гордость российской науки. Как сейчас говорят, и Кант был русским гражданином. Мы жили в хорошем и добром соседстве, были примером гигантского потенциала сотрудничества. Культура не имеет границ, и это общая история», — уверен Сарниц.

В 2014 году дискуссия о восстановлении Королевского замка была приостановлена из-за обострившейся внешней политической ситуации.

Форт №11

Архитектор, вложивший в проект столько сил и энергии, потерпел поражение. И тут, в дни разочарований и сомнений, неожиданно на поверхность всплыл форт Денхофф. Компенсация, шанс, возможность проверить свои силы, «потренироваться на кошечках», сублимация? Наверное, и то, и другое, и все сразу.

Рассказывает Артур Сарниц:

— Неожиданно открылась задача, которая тогда не казалась столь серьезной. В областной собственности появился форт №11 Денхофф, из которого ушли военные, так как не смогли его содержать в качественном техническом состоянии. Объект был основательно затоплен. Там устанавливали насосы, откачивали воду, но все без толку, форт погружался под воду и уже не мог использоваться как военный склад.

Чем этот форт отличался от аналогичных сооружений? Тем, что там сохранилось очень много металлических элементов: ворота, чугунные лестницы, заслонки окон, наблюдательные пункты под броневыми колпаками… Но как обычно происходит, когда уходят военные? Тут же появляются мародеры, для которых историческое наследие — только груда металлолома. В считанные дни они срезают все подчистую.

Было очевидно, что форт требует заботы и присмотра. И в это время правительство сделало разумный шаг: была разработана правовая документация и объявлен аукцион на аренду объекта культурного наследия Форт №11. На 49 лет. Мы приняли участие в конкурсе и победили.

«Лента.ру:» Вы постоянно говорите «мы». Мы — это кто?

Мы — это коллектив ООО «Форт Денхофф»: мой компаньон Валерий Щербатых, с которым мы много всего делаем вместе, и наши жены — Валерия и Татьяна.

Но вы же не вчетвером все делаете?

Нет, конечно. Проект такого масштаба требует слаженной работы группы людей. В настоящее время в нашем проекте участвует около 30 человек. Знаете, это великое счастье — обнимать единомышленников. У нас получилось так.

Расскажите, с чем вам пришлось столкнуться, когда вы получили форт в аренду? Какие задачи пришлось решать?

В первую очередь форт нужно было осушить. Привести в рабочее состояние систему поддержания уровня воды в окружающем его водяном рву. Начали разбираться — сначала сами, потом купили в Берлине чертежи. Там можно купить чертежи по любому форту, и это не безумных денег стоит. Наши инженерные догадки подтвердились чертежами. В результате нам удалось реанимировать систему дренажей и починить дюкер спуска воды. В течение двух недель мы спустили около 40 тысяч кубов.

Что-то интересное нашли — золото, бриллианты, янтарную комнату?

Когда чистили питьевой колодец, было опасение, что найдем там что-то нехорошее: человеческие кости или боеприпасы, но нашли только около двадцати утопленных ведер и алюминиевые портсигары с надписями на немецком. Очевидно, они принадлежали военнопленным, которые работали здесь в 1946 году. На данный момент не все еще обследовано. Есть помещения, в которых мы так и не побывали, — на чертежах их видно, но проходы туда замурованы. Если реально этим делом заняться, то, может, что-то и найдем. Но пока не искали. Не до этого — слишком много других серьезных задач.

А дальше?

Уже шесть лет форт продолжает сохнуть, но ведь в затопленном состоянии он пребывал гораздо дольше. Пострадала кирпичная кладка, разрушительные процессы, вызванные сыростью, видны невооруженным глазом, но мы все эти болезни, свойственные подобным историческим объектам, лечим. По договорным обязательствам мы должны разработать проектную документацию и все работы осуществлять согласно ей. Наша компания имеет лицензию на реставрационные работы, и после шести лет мы уже можем считаться опытными фортоведами. Можно сказать, члены нашей команды стали специалистами, которых в этой области немного.

Это по части восстановления и реставрации, а как развивается туристическая история? Насколько я знаю, форт уже стал одной из главных исторических достопримечательностей Калининграда.

Уже несколько лет подряд форт №11 Денхофф получает награду Travellers' Choice, которая вручается лучшим мировым достопримечательностям по оценкам и отзывам посетивших их туристов. Жители нашей страны понимают, что в копилке их культурного наследия теперь есть и вот такой объект. С каждым годом посетителей становится все больше.

Очевидно, что форт — это очень дорогой проект. Откуда деньги?

Первоначально это были личные вложения. Мы настолько широко проинвестировали первые шаги по восстановлению форта, что нам даже пришлось скрывать это от своих жен. Но на данном этапе развития объект постепенно выходит на самоокупаемость. Мы активно используем механизмы грантовых программ — это отдельная работа, которая помогла нам перейти на новый уровень. Изначально у нас в этом почти не было опыта, но наши идеи оказались настолько востребованными и актуальными, что все получилось.

Почему у вас получается, а у других нет?

Почему получается? В первую очередь потому, что мы не только серьезные профессионалы своего дела, но и люди, для которых это настоящее увлечение. Архитектурным проектированием, реставрационными работами, финансовым и туристическим менеджментом мы занимаемся сами. Нам удалось создать правильную структуру управления фортом, кроме этого мы продолжаем вкладывать свои деньги, и каждый привлеченный рубль дополняем софинансированием. Но мы надеемся, что не за горами тот момент, когда объект станет рентабельным. Кстати, к вопросу о том, почему у других не получается, я бы сказал, что знаю много примеров успешных проектов, а не получается, наверное, у тех, кто просто берется не за свое дело.

У вас получилось то, что вы хотели? В чем вы уже видите результат?

Этот проект — большое открытие и форта, и себя. Это состояние души. Если смотреть вперед на годы и десятилетия, то все запланированное обязательно будет сделано. Мы создаем качественный продукт и сохраняем его для потомков, как бы это пафосно ни звучало.

Форт — это интереснейшее инженерное сооружение, спроектированное строителями, архитекторами, романтиками XIX века. Он досконально продуман, у него сложное устройство и уникальная, по-суровому красивая архитектура

49 лет — кажется много в сравнении с жизнью, но вот уже шесть лет прошло. Когда Гауди спросили, не долговато ли вы строите свой собор, он ответил, что у его заказчика есть время. Конечно, мы бы хотели в какой-то момент сбавить обороты, но, понимая специфику объекта, осознаем, что это будет бесконечный процесс.

Что сегодня форт может предложить туристу? Зачем туда вообще ехать?

Для территории России система подобных фортов (так называемые форты Биллера) является уникальной. На данный момент форт №11 Денхофф — фактически единственный из кенигсбергских фортов, который может предложить качественный туристический продукт: безопасную прогулку внутри объекта и по его территории, интересную экскурсионную программу, парковую зону для отдыха. Имеется удобная парковка, работают сувенирные лавки и несколько кафе. Люди приходят к нам и задерживаются на весь день. На территории форта живут симпатичные кролики. Это очень живое место. В отдаленных планах — создание хостела или небольшого мотеля.

Расскажите об экскурсионной программе.

Экскурсия по форту занимает примерно час. За это время посетителям расскажут об инженерных особенностях и структуре объекта, о быте гарнизона, исторических фактах и многом другом. Есть музей Первой и Второй мировых войн, в котором представлена коллекция «Оружие Победы». Наши экспонаты можно потрогать, сфотографироваться с ними. Коллекция постоянно пополняется, хотим поставить макет 150-миллиметровой пушки, которая в начале XX века была на вооружении в гарнизоне. Возможно, будем изготавливать ее на заводе, чертежи у нас все есть.

Вот-вот начнет работу музей фортификации, в котором будет рассказываться о фортификационных объектах Кенигсберга и будет предложена виртуальная прогулка внутри форта №11 Денхофф. Посетители, надев очки виртуальной реальности Oculus, смогут при помощи 3D-технологий погрузиться в атмосферу форта XIX века: побывать в гарнизонных казармах, на кухне, в пороховых складах, можно даже будет поучаствовать в учебной стрельбе из той самой пушки. Этот проект стал победителем конкурса благотворительного фонда Владимира Потанина «Музей 4.0», направленного на развитие экспериментальных практик в музейном деле, и получил серьезное финансирование, благодаря чему мы и смогли его реализовать.

Еще один интересный проект — Школа юного разведчика. Конечно же, мы не занимаемся подготовкой разведчиков, это проект про историю, мужество и любовь к Родине. Мы рассказываем о трагических событиях, относящихся к концу войны. В 1944-1945 годах в Восточную Пруссию было заброшено порядка 200 советских диверсионных групп, и судьба этих ребят, которые отправлялись сюда для разведки и подготовки наступления, была предрешена — почти все они погибли. Выжили буквально несколько человек. Мы рассказываем об этих исторических событиях, даем возможность ребятам почувствовать себя на месте юных героев: пройти секретными тропами, укрыться в казематах форта, научиться пользоваться рацией, подержать в руках настоящий парашют — то есть не просто узнать об этом подвиге, а погрузиться в атмосферу тех событий, по-настоящему почувствовать, как это все происходило.

Военная тема мне лично очень близка. Мой дядя погиб в Восточной Пруссии 4 апреля 1945 года — в тот самый день, когда форт Денхофф сдался. А мой отец отправился на войну в 1944 году в возрасте 17 лет, дважды был тяжело ранен, награжден медалью «За отвагу». Он часто рассказывал, как порой от смерти его отделяли лишь миллиметры. Я хорошо понимаю, что такое война

Вулкан и муравей

Что на очереди?

Прежде всего нужно решить ряд технических задач: увеличить количество электроэнергии, продолжать отвоевывать у холода и сырости помещения — у нас уже отапливается около 600 квадратных метров, но это всего лишь часть помещений. В ближайшей перспективе планируем добиться разрешения подвести газ. Устанавливаем дополнительные туалеты, благоустраиваем территорию. Вода, электричество, канализация — эти бытовые задачи мы решаем планомерно.

Полученный опыт мы планируем распространить на соседние форты. Недавно наша организация заключила договор долгосрочной аренды форта № 1 Штайн, который на данный момент находится в плачевном состоянии: отсутствует электричество, обрушиваются стены, помещения завалены мусором, а окружающий форт водяной ров заливается канализационными стоками… Мы хотим сделать объект безопасным и доступным для посетителей, чтобы он появился на туристической карте области и стал местом организованных экскурсий. Он, безусловно, этого достоин. Предстоит большая работа, но нам не привыкать.

Не жалеете, что во все это ввязались? Жили бы спокойно…

Нет, что вы! Это же одна из составляющих счастья — заниматься любимым интересным делом. Каждый день эти стены получают заботу и энергию созидания. Без лишней скромности скажу: форту повезло, что он попал в наши руки. Возможно, нереализованный проект Королевского замка дал определенный пассионарный заряд, и потенциал нашей команды раскрылся именно здесь.

И еще это очень спокойное место. Форт напоминает остывший вулкан, а люди, работающие в нем, — трудолюбивые муравьи, ползущие по вулканической кальдере и выполняющие каждый свою задачу.