на главную lenta1.ru
Вводная картинка
Бывший СССР

«Буду до последнего сражаться» Умер первый президент Украины Леонид Кравчук. Что он говорил о России и битве за Донбасс?

Фото: РИА Новости

Один из самых ярких политиков постсоветского пространства, первый президент Украины Леонид Кравчук умер в возрасте 88 лет. Именно он в декабре 1991 года от имени Украины подписал вместе с президентом России Борисом Ельциным и председателем Верховного Совета Белоруссии Станиславом Шушкевичем Беловежские соглашения о прекращении существования СССР. Кравчука называли основным инициатором распада Советского Союза и лучшим руководителем за всю историю независимой Украины. А еще в его честь назвали тачку — своеобразный символ 1990-х, когда гиперинфляция сделала всех миллионерами и ручная тележка «кравчучка» стала необходимым атрибутом в поездках украинцев на рынки Польши и Турции. Он любил шахматы, охоту и футбол, признавался в любви к России и ненависти к бессмысленной болтовне. Главные цитаты из высказываний Кравчука о распаде СССР, Ельцине, взаимоотношениях русских и украинцев и готовности сражаться в Донбассе — в материале «Ленты.ру».

О распаде СССР

«Если бы Советский Союз был монолитным, мощным, управляемым государством, если бы Союз и его руководство поддерживалось советским народом всех республик, если бы не было экономического, политического и национально-патриотического кризиса в СССР, то никакой путч, никакие Беловежские соглашения не состоялись бы».

О Ельцине

«Часто можно слышать такое, что Ельцин был чуть ли не современным демократом. Не были мы такими. Все мы, в том числе и те, кто сегодня находятся в управлении, вышли из Советского Союза и несем в себе прошлое. Нельзя человека в один день поменять. Чистого демократа в Ельцине не могло быть, потому жизнь его была очень непростой, он прошел разные этапы политической жизни. В его характере, поведении, мышлении, стиле управления было много советского, партийного».

О русских на Украине

«Я буду делать все от меня зависящее для полного удовлетворения политических, экономических, социальных и духовных запросов русского населения, для государственной защиты его законных интересов. Ни в коем случае не будет допускаться насильственная украинизация русских. Любые попытки дискриминации по национальному признаку будут решительно пресекаться. (...) Украинцы и русские веками жили на Украине в мире и дружбе. Их объединяет совместно пролитая кровь, общее горе и общие радости. Будем же достойны наших мудрых предков. Построим независимую Украину как общий дом украинцев и русских, всех национальностей, ее населяющих!»

Об «альтернативном» гербе Украины

«Я поместил бы на гербе вареники с сыром. Возможно, еще и с вишней. Добавил бы казака с усами и макитрой вареников...»

О страхах Януковича

«Я, секретарь ЦК, имел квартиру 54 квадратных метра. Не мог купить себе машину — даже тогда, когда у меня были деньги. Получал 675 рублей. А [президент Академии наук УССР Борис] Патон — 1200. Хотел купить машину сыну, должен был стоять в очереди три года. Когда стал президентом, моя жена ездила на "Ладе", а у семьи не было охраны. Не то что теперь: любой лакей, дорвавшийся до власти, ездит с мигалками и реанимационными машинами. Я всегда говорю: если за тобой едет реанимационная машина, оставайся дома — на хрена тебе ехать на работу?!»

О Евромайдане

«Посмотрите, что сегодня происходит на Майдане. Это нарушение всех законов. Я благодарен ребятам, "Беркуту", которые сейчас там стоят. Я не оправдываю и не одобряю то, что они разогнали студентов 30 ноября, хотя правильно было бы критиковать того, кто дал это распоряжение. Сейчас они проходят через невероятное испытание: их бьют, бросают в них камнями и горящими смесями, а они стоят и терпят. Не много есть стран, где бы такое терпели военнослужащие в подобной ситуации».

О Крыме

«Я когда слышу, как наши лидеры говорят: "Да мы вернем! Крым — наш", — ну для чего обманывать самих себя и украинский народ? Не вернем через лучшую жизнь в Украине — не будет никогда того, чтобы Крым сказал: мы пойдем назад в Украину».

О готовности сражаться в Донбассе

«Хотя я плохо вижу, но стреляю хорошо. Буду до последнего [сражаться] — пока руки оружие будут держать и пока видеть врага буду. Я его, сукиного сына, к себе не приглашал. Сам пришел. Что будет дальше? Мне неинтересно, но я его убью...».

О НАТО

«Украина должна быть в НАТО! Только один путь — стать членом НАТО и таким способом защитить возможность строить независимую Украину. Где кто был, где когда говорил — это уже история, и ее прилепить до сегодняшнего дня можно только искусственно, или для того только, чтобы отвлечь нашу цель, нашу цель от главного — стать членом НАТО».

О Порошенко

«Скажем, он скорее бизнесмен, чем президент. Для него Украина — это корпорация. Он считает, что сам может управлять этой корпорацией или окружить себя людьми, которые думают так, как он… Его заявления часто поспешные, не всегда продуманы до конца. Легкомысленные даже. Скажем, "я закончу войну за две недели" (...). Президент не может так поступать. Народ привыкает к тому, что президент может сказать что угодно и этому верить до конца нельзя».

О Лукашенко

«Лукашенко, который уже 26 лет находится у власти, уже сам превратился во власть. Человеческого в нем фактически не осталось. Он весь соткан из власти, поэтому он не может видеть себя без власти, не может осмыслить свою жизнь без власти. Это приводит к тому, что он теряет человеческое, в нем остается только административно-властное, и для него люди — это просто материал для управления, а не граждане, которых надо уважать».

О тотальной украинизации

«Граждане могут, где бы они ни были — за столом, в ресторане на праздниках, на свадьбах, — говорить на том языке, который им наиболее удобен. Это их право! (...) Надо создавать условия для изучения украинского языка, чтобы этот язык стал потребностью для людей. Язык — это душа народа. Народа без языка не существует. Исчезали в истории языки — исчезали народы, исчезали нации. Да, у нас есть крайности, радикалы, которые хотели бы, чтобы завтра все говорили на украинском языке. Но каждый человек должен чувствовать себя на Украине комфортно».

О русском народе

«Когда я учился в Москве в Академии общественных наук при ЦК КПСС, я объездил всю европейскую часть России. Я видел, какие там мужественные, сильные люди и как они тяжело живут. И хотелось бы, чтобы действительно многострадальный, терпеливый народ как-то смягчил свое понимание мира. Я часто слушаю российских политиков, культурных деятелей, спортсменов. Мне интересно, как они думают. И вот они говорят: "Нас же боятся!" А на хрена вам, извините за изящную русскую словесность, чтобы боялись? Надо, чтобы уважали».

О будущем России

«Хотелось бы, чтобы люди сумели объединиться и организованно сделать шаги к тому, чтобы Россия поражала мир не атомным оружием и философией "Немало я стран перевидел, шагая с винтовкой в руке". Да, Россия не может стать сегодня Германией или Францией. И не надо. Глупо даже ставить так вопрос. Но менять философию подчинения и принуждения к миру необходимо. Даже сейчас, при всех сложностях, на Западе разные мнения о России. Потому что там знают, какая это страна и какие у нее возможности. Но эти возможности надо реализовать не через силу, а через успехи преобразований самой России. Создать новую, как говорил Ельцин, Россию».

Лента добра деактивирована.
Добро пожаловать в реальный мир.